С российскими проектами Кинросс чувствует себя комфортно

23.10.2013 Источник: ПРАЙМ/Вестник Золотопромышленника

Автор: Яна Юшина, Билибино-Магадан-Москва

Канадская Kinross Gold уже шесть лет добывает золото и серебро на чукотском месторождении Купол, на днях компания начала добычу на втором месторождении в России. О совместной работе с Минприроды РФ над усовершенствованием законодательных норм в сфере недропользования, о любви к России и российских перспективах компании рассказал Агентству ПРАЙМ вице-президент по российским проектам Kinross Gold Уорик Морли-Джепсон (Warwick Morley-Jepson).

ВОПРОС: Уорик, Kinross запустил производство на месторождении Двойное, когда оно выйдет на проектную мощность, какие объемы золота ожидаете?

ОТВЕТ: Проектная мощность Двойного – добыча и переработка одной тысячи тонн руды в день. Этого мы достигнем в декабре, и уже с начала 2014 года комплекс будет работать на такой мощности. Ранее мы ожидали, что на Двойном будем производить 215-250 тысяч унций золота в течение первых трех лет его разработки, сейчас повысили прогноз до 235-300 тысяч унций за счет увеличения мощности золотоизвлекательной фабрики (ЗИФ) с 3,5 тысяч до 4,5 тысяч тонн руды (включая руду Купола) в сутки.

ВОПРОС: Вы планировали инвестировать в Двойное 350 млн долларов до его запуска. Сколько получилось в итоге?

ОТВЕТ: Месторождение Двойное с прилегающей к нему Водораздельной площадью мы купили за 360 млн долларов. Инфраструктура и строительство рудника стоили нам еще 350 млн долларов. Так что можно считать, что в этот актив мы уже вложили более 700 миллионов. Сейчас мы завершили строительство, запустили подземный рудник и ввели в эксплуатацию большое количество инфраструктурных объектов. В следующие три-четыре месяца, в процессе отладки производства, возможно, нам понадобится около 20-30 миллионов долларов на доработку — это запланированные расходы.

ВОПРОС: Какие инвестиции планируете в будущем?

ОТВЕТ: На данный момент ответа на этот вопрос нет — мы только что запустили Двойное. Конечно, у нас имеется несколько геологоразведочных проектов, которыми мы сейчас занимаемся, но это не такие масштабные инвестиции.

ВОПРОС: В августе вы объявили о списаниях и сокращении финансирования активов, среди которых российских не было. Означает ли это, что для вас Россия более привлекательна, и вы будете сюда больше вкладывать?

ОТВЕТ: В целом, инвестиции в Россию значат для нас столько же, сколько инвестиции в Северную, Латинскую Америку, или в Африку. Нам нравится в России работать, и мы, конечно, заинтересованы в большем количестве качественных активов на этой территории.

ВОПРОС: Как вы распоряжаетесь добытыми драгоценными металлами? Где металлы проходят аффинаж?

ОТВЕТ: Здесь, на Чукотке, нет железной дороги, мы слишком удалены от порта и какой-либо другой инфраструктуры, которая позволила бы нам заниматься транспортировкой крупных объемов рудного материала, поэтому мы перерабатываем все на месте. На своей золотоизвлекательной фабрике мы производим слитки сплава Доре. В слитках с месторождения Купол содержится приблизительно 82% серебра и около 11% золота. Аффинаж они проходят на заводе в Красноярске. Все серебро и 50% золота мы продаем российским банкам, остальные 50% золота — за рубеж, в частности, в Европу.

ВОПРОС: У вас есть уже результаты геологоразведки по Водораздельной?

ОТВЕТ: Таких уж серьезных результатов по геологоразведке, о которых можно было бы рассказать, у нас пока нет. Это очень большая площадь, более 900 квадратных километров. На сегодняшний день, сделано много предварительной геологоразведочной работы, которая включает в себя аэромагнитную съемку, проходку канав. Мы выделили для себя несколько перспективных участков, на двух из которых проводится дополнительное бурение. Мы пытаемся понять, стоит ли строить там предприятие или нет. Территория, на которой находится Водораздельная, очень сложная, гористая, и строительство может занять не то чтобы три, а целых десять лет. Сейчас мы на очень ранней стадии, и пока нет каких-либо серьезных результатов.

ВОПРОС: Содержания на Куполе падают, месторождение истощается. Насколько оптимистичны результаты разведки флангов месторождения?

ОТВЕТ: Фланги, которые мы разрабатываем, находятся в 5 километрах на восток от Купола. Они не являются частью нашей лицензии, а находятся за ее пределами. Этот участок на данный момент слишком мал, мы проводим бурение южнее и севернее, чтобы понять масштаб. В течение месяца планируем получить и опубликовать данные по ресурсам флангов. Могу сказать, что этот участок сильно отличается от Водораздельной, где у нас уже есть серьезные и очень обнадеживающие пробы.

ВОПРОС: Сколько Kinross ежегодно вкладывает в геологоразведку на территории РФ?

ОТВЕТ: Последние три года, включая 2013 год, наши инвестиции в геологоразведку российских активов составляют по 30 миллионов долларов. Это на все, включая ГРР вокруг Купола, Двойного, а также Водораздельную. Только на Купол мы ежегодно тратим около 8 миллионов долларов. Около месяца назад мы начали рекогносцировочные исследования на Эргувеемской и Пепенвеемской площадях, которые мы купили на аукционе в начале этого года. Они расположены в 253 километрах от Купола на северо-восток в сторону порта Провидение. В следующем году точно начнем проходку и, может быть, даже бурение.

ВОПРОС: Какие инвестиции в геологоразведку планируете в России в следующем году?

ОТВЕТ: Они будут практически на том же уровне – 30 миллионов долларов. Большая часть этих средств будет направлена на участок Морошка (фланг Купола), Водораздельную, а также Двойное. Сам Купол сейчас очень хорошо изучен, поэтому инвестиции в него будут снижаться.

ВОПРОС: Есть ли у вас активы за пределами Чукотки?

ОТВЕТ: Нет, на данный момент все наши активы сосредоточены в этом регионе. Но это не самоцель для нас, просто так получилось. Если будет возможность приобрести качественные активы в Магаданской области, Якутии, Камчатке, то мы ее рассмотрим. Нам регулярно поступают различные предложения, которые мы тщательно изучаем.

ВОПРОС: Планируете ли что-то покупать в ближайшее время в РФ?

ОТВЕТ: Нет, сейчас не планируем никаких приобретений, но, возможности изучаем. После выхода Двойного на стабильную работу у нас будет больше времени на поиски новых объектов. Для нас Россия – очень перспективный регион, да и принимают нас тут хорошо. В общем, есть множество причин, чтобы оставаться здесь долгое время.

ВОПРОС: Рассматриваете участие в аукционах, партнерства?

ОТВЕТ: Участие в аукционах точно рассматриваем, но все зависит от качества актива и наших возможностей. На данный момент интересных аукционов нет. По партнерствам — тоже нечего сказать, никаких переговоров не ведем. К нам обращаются небольшие компании, имеющие один-два актива, которые ищут стратегического партнера, но нас их активы не впечатляют. Поэтому вкладываем деньги пока в то, что уже имеем.

ВОПРОС: Сейчас Millhouse готовит к освоению крупнейшее месторождение Песчанка, тоже на Чукотке, если вам предложат партнерство в этом проекте, вы примете это предложение?

ОТВЕТ: Это будет, скорее, не мое решение, но я посоветуюсь с главным исполнительным директором, возможно, это предложение будет привлекательным. Вообще, у нас очень хорошая история партнерских отношений, включая сотрудничество с правительством Чукотского автономного округа. Основываясь на этом успешном примере, мы, конечно же, ждем чего-то подобного от будущих партнеров.

ВОПРОС: Как вы оцениваете перспективы российской золотодобычи? Насколько здесь совершенно законодательство?

ОТВЕТ: Определенно перспективы есть, в том числе у нас. Мы здесь надолго и не собираемся уходить, даже строим корпоративный офис в Магадане – вы видели эту основательную стройку. Российские законодательные инициативы в сфере золотодобычи вызывают ряд вопросов не только у иностранных инвесторов, но и у местных компаний. Мы стараемся повлиять на ситуацию и уже есть некоторые изменения.

ВОПРОС: Какие?

ОТВЕТ: Еще в 2010 году мы разработали и представили несколько рекомендаций российскому правительству по совершенствованию регулирования в области недропользования. Сейчас наши предложения находятся на различной стадии проработки: одно из них уже принято российским правительством, еще четыре из пятнадцати – активно обсуждаются. Во-первых, принято предложение, касающееся повышения порога участия иностранных компаний в стратегических активах с 10% до 25%. Сейчас, если иностранный инвестор владеет около 25%, такое его участие уже не нуждается в одобрении правительством. Во-вторых, рассматривается предложение по увеличению порога запасов золота с 50 до 250 тонн для отнесения месторождений к категории стратегических. Неэффективность этой нормы очевидна. Насколько мне известно, Минприроды и Роснедра также поддерживают эту инициативу. В-третьих, мы предлагаем сократить сроки согласования проектной документации и получения разрешений на ввод объектов разработки месторождений, которые сейчас занимают 5-7 лет. Мы предложили сократить этот период на 5 лет, то есть до 2-3 лет для того, чтобы раньше можно было получить разрешение на строительство инфраструктуры и промышленных объектов. Кроме этого, мы считаем, что недропользователь, купивший (на вторичном рынке) лицензию, которой уже 10 лет, не должен отвечать за допущенные ранее неточности в формулировках и возможные несоответствия нынешним требованиям законодательства — это очень важно. Лицензии, приобретенные в 90-х, должны быть скорректированы, без риска их изъятия или какого-либо ограничения на их действие для действующих недропользователей.

ВОПРОС: И все они будут приняты в ближайшее время?

ОТВЕТ: По словам руководства Роснедр, сейчас на рассмотрении находятся более тридцати поправок в действующее законодательство. Я не знаю, будут ли они все утверждены, но положительно уже то, что они рассматриваются в таком количестве.

ВОПРОС: Как Kinross чувствует себя на рынке при нынешней цене на золото, и какой ваш прогноз по цене?

ОТВЕТ: В наши производственные планы мы закладываем цену золота в 1200 долларов за унцию и в следующие пару лет она вряд ли изменится. Себестоимость золота в России, в частности у Kinross, ниже 1200 долларов за унцию, поэтому с российскими проектами мы чувствуем себя комфортно. Что касается отрасли в целом: если компании не будут сокращать расходы, многие месторождения просто закроются. Вы знаете — нам тоже пришлось принять несколько сложных решений. Делать прогнозы – не люблю ошибаться. Многие сейчас ошибаются — не хочется тратить на это время.

ВОПРОС: Уорик, как давно Вы живете в России? Где лучше – в Магадане или в Москве?

ОТВЕТ: До России я работал исполнительным директором Barrick Africa и Barrick Platinum South Africa. Впервые я приехал сюда в 2007 году. В 2009 году я присоединился к Kinross и живу в Магадане уже последние четыре года. Магадан — это чудесный город, мне он очень нравится. Он невероятно близок к природе, а я люблю море, леса и красивые пейзажи. У Магадана богатое культурное наследие, местные жители дружелюбны и гостеприимны. За последние семь лет я посетил множество российских городов. На мой взгляд, Магадан с его окрестностями – одно из красивейших мест в России. В Москве я тоже чувствую себя комфортно.

ВОПРОС: Где Вам больше нравится – в России или в Африке?

ОТВЕТ: Я начал работать в 1984 году на предприятиях по добыче золота и платины в Южной Африке. Эти 23 года жизни я могу назвать очень хорошими и плодотворными — я проектировал, строил и эксплуатировал комплексы, которые уходят на тысячи метров под землю. Когда стало ясно, что горная добыча в ЮАР идет на спад, я стал смотреть на другие регионы, и увидел перспективы и возможности в России. Несмотря на то, что фактически горнодобывающая деятельность для меня почти везде одинакова, а в некоторых случаях даже абсолютно одинакова, в России впервые столкнулся с экстремальной погодой и сильной удаленностью активов — меня захватили эти условия. Мне также нравится работать с российскими коллегами, они очень трудолюбивы, профессиональны и квалифицированы. Все успешно развиваются, и я с удовольствием помогаю им.

СПРАВОЧНО: Kinross Gold – пятый мировой производитель золота (по итогам 2012 года), разрабатывает месторождения в США, России, Чили, Бразилии, Мавритании и Гане. История Kinross в России началась с покупки компании Bema Gold Corp зимой 2007 года, которая на тот момент владела 75% в золотосеребряном месторождении Купол — одном из крупнейших на Дальнем Востоке. Остальные 25% принадлежали правительству Чукотского АО, эту долю Kinross выкупила весной 2011 года. На сегодняшний день, доля российской добычи в бизнесе Kinross превышает 20%. В целом по миру, в 2012 году, компания произвела 2,649 млн унций в золотом эквиваленте, из которых 578,252 тысячи унций (14,486 тонны золота и 187,631 тонны серебра) — на российском Куполе.